Власть языка над разумом

Язык служит для выражения мыслей человека? Ничуть не бывало. Американские лингвисты пришли к прямо противоположному выводу: именно слова определяют образ мыслей и восприятие реальности.

Подобная идея еще семьдесят лет назад прочно обосновалась в голове преподавателя антропологии (и по совместительству представителя страховой компании) Бенджамина Ли Уорфа. В конечном счете, он решил поделиться ей с остальным миром и опубликовал небольшую статью в одном из научных журналов. Однако авторитета Бенджамина явно оказалось недостаточно для того, чтобы его изыскания были восприняты серьезно в академических кругах.

Спустя несколько десятилетий лингвист Гай Дойчер вновь вернулся к этой проблеме. Идеи Уорфа показались ему заманчивыми, и, переворошив кипы трактатов о языкознании, он пришел к неожиданному заключению: язык в равной степени не дает человеку понять определенные вещи (например, если человек не знает, как называется та или иная вещь, то он не может сказать, что это) и вынуждает думать его определенным образом.

Простой пример. В английском языке нет такого понятия, как «род», поэтому его изучение – настоящая головная боль, например, для французских студентов, которые привыкли, что вилка относится к женскому роду, а поезд – к мужскому. Неудивительно, что французам или темпераментным итальянцам английский кажется слишком «монохромным». Еще большая путаница возникает у русских студентов, изучающих немецкий по телефону или другими способами. Они никак не могут привыкнуть к тому, что слово «мост» оказывается женского рода – Die Brucke. С другой стороны в английском важно время действия (не зря же британцы придумали целых шестнадцать времен глагола!), в то время, как в китайском один и тот же форма глагола используется для обозначения и прошедшего, и настоящего, и будущего времен. Рассказы о неторопливости восточных людей приобретают в свете языковых средств совсем другую окраску.

Дойчер в своих работах также приводит ряд интересных примеров, касающихся местечковых племен. Так, австралийские аборигены никогда не скажут: «слева», «налево» – они, скорее, употребят слово «восток». Сравните: «Мяч упал слева от дерева» или «Мяч упал на восток от дерева». Это, в свою очередь, сказывается на пространственной ориентации аборигенов: они интуитивно различают север и юг, так же, как мы знаем точно, где находится «впереди» или «сзади».

Наука     автор maria   

Устали кликать и скроллить? Подпишитесь на наши анонсы и получайте новости удобным для Вас способом:

  • Самые популярные

  • РУБРИКИ

    Ордена и медали